Сергей Воронин “Рассказ о войне” (1974 г.)

Рассказ о войне

рассказ

Как легко было бы жить, если б помнилось только хорошее, а плохое забывалось, да так, будто его и не было! Но попробуй забудь, глядя на Анну Тополеву…
Кто не знал ее на селе! Только и разговоров было: кому-то достанется такая красавица? И верно, хороша была Анна. Вот, говорят: соболиные брови,— так это у нее были. Говорят: глаза с поволокой,— так опять же у нее. Косы до полу,— и это у нее. Парни по ней сохли…
А теперь нет Анны. Есть Аннушка. И хотя ей уже за тридцать, все, даже ребятишки, кличут ее Аннушкой…
Вот идет она в новеньких туфлях по широкой улице села Раздолье. На ней простое, не совсем ладно сшитое платье, в косы, как у девочки, вплетены голубые ленточки. Она торопится. Обеспокоенно глядит в конец деревни.
— Куда ж ты это принарядилась-то, Аннушка?—ласково спросит ее кто-либо из женщин.
— Мишу встречать,— радостно отвечает Аннушка.— Письмо получила. Пишет: «Скоро приеду…» Может, уже и приехал…
Письма она не таит, и если кто попросит, то охотно достанет из грудного выреза платья. Писем у нее много, и нет той недели, чтобы почтальонша, рябая тетка Наталья, не принесла ей конверт. Все письма пишутся одним человеком —Михаилом, мужем Аннушки. Живет он от нее за три дома, но не признает его Аннушка. Она, конечно, признала бы, если б не «тронулась» до того, как ему вернуться.
Мать Аннушки, Прасковья Авдеевна, так рассказывала мне эту грустную историю.
— Только денек, один-то денечек и пожила Аннушка с Михаилом после свадьбы. А на другой день ушел Миша с односельчанами на войну. И ровно окаменела Анна. Другие плачут, ревмя ревут. А у нее ни одной слезинки не выпало. Ночами не спит. Сидит у окна и глядит, глядит на дорогу… «Хоть бы поплакала»,— говорю. Молчит, да и только. Будто и не слышит меня. Уж больно любила она Михаила. Да и то сказать, парень-то был на отметину. Что ростом, что силой — всем взял. А уж характером такой мягкий да любезный, ровно голубь.
Пришло первое письмо от Миши. Ну, думаю, теперь-то отойдет. И верно, порадовалась она, даже на шею кинулась ко мне. Но быстро утихла. «Чего ты?»— говорю. Посмотрела она и глаза ладошкой закрыла. «Когда, говорит, письмо-то пущено?.. Мало ль что с ним за это время могло случиться». Заругалась я, закричала: «Как же это так, говорю, можешь ты думать? Ты верь в хорошее».— «А если б не верила, так и не жила бы»,— ответила она.
Ну, думаю, ладно, время идет, глядишь, и горе отойдет. Другие с детьми остались. Потяжельче, чем ей-то… Ну, и работа, конечно, отводит думы. Работы у нас завсегда невпроворот. Аннушка много работала. Не жалела себя. Летом от зари до зари и мотыжила и полола; зимой в лесу валила деревья, чуть не на себе таскала. И плотничала. И траву косила.
«Что уж так-то,— другой раз скажу ей,— хоть бы поберегла себя. Миша-то вернется — не узнает. Смотри, как почернела. Одни косы и остались».
Молчит, только вздохнет да отмахнется от моих слов. Конечно, если б и другие утешали ее, тогда, может, и отошла бы Аннушка, но мало кому было дела до ее тоски. Ведь не проходило месяца, а то и недели, чтоб в село не приносили похоронную.
Так вот и жила — ни в радости, ни в печали, а словно бы во сне. И день ли для нее, ночь ли — все равно. Зима ли на дворе, весна ли — без внимания. И только, помнится, один раз вышла из себя. Как-то наведалась к нам свекровка, мать Михаила, Татьяна Семеновна, и говорит Аннушке, что не худо бы в церковь сходить, за здравие помянуть воина Михаила. Так Аннушка чуть не прибила ее. «Если уж, говорит, моя любовь не спасет его, так никакой бог не поможет!»
Свекровка обиделась, а я, грешным делом, порадовалась. Значит, думаю, перестала Аннушка мучиться от письма к письму. Самое-то ведь страшное — время это прожить. А письма Миша писал хорошие. О войне ни словечка не говорил, а все больше о любви да как жить будут, когда вернется. И получалось у него как-то так, что о его смерти и не думалось. И все за посылки ее благодарит, что на фронт она слала солдатам. За носки шерстяные или за варежки. Овец мы держали. Так Анна и обстрижет их, и шерсть перемоет, и спрядет, и свяжет, и обязательно буквы выведет—«люблю» или «помню». И все сама. Никому не дозволяла. Сдается мне, замысел она свой имела. Мол, кто бы ни носил, а все равно Мишу пуля не тронет. И ведь верно, за все четыре года даже не царапнуло Михаила. А уж сколько полегло наших мужиков, сколько калек вернулось…
Как тянулось время, никакими словами не передашь.
Измучилась я, глядя на Аннушку. А всему — и горю и радости — всегда приходит свой срок. И вот все чаще стали говорить и по радио и в газетах о победе, что войне скорый конец. В эти дни извелась Анна. До счастья-то осталось совсем недолго. Да уж больно счастье-то велико. Не верится. Нет счастья — и живешь абы как, а то придет да уйдет, так еще горше жизнь покажется.
Но только зря Анна в ту пору тревожилась. Пришло письмо и от Миши, чтоб встречала его, что войне скоро конец. А тут и в самом деле войне объявили конец. Ну что у нас было на селе! Целуются, плачут, радуются. Аннушка так прямо переменилась. Откуда что взялось! И глаза горят, и щеки в румянце, и улыбается, будто на солнышко посмотрела. И вдруг заплакала. И не унять никак. Да я и не унимала. Не шутка — четыре года держать сердце в кулаке.
Ну, стали возвращаться с фронта. Ребятня вокруг батек кружится, старики суматошатся, жены и плачут и смеются.
Анна словно горела в эти дни. И полы намыла, и окна протерла, и все до последней тряпки выстирала. И за подснежниками в лес сбегала. Тополю наломала, чтоб духовитей в избе стало. И все боится — вдруг не заметит, как на дороге Миша покажется. Там дорога на две стороны расходится. Одна идет в соседний колхоз, а другая на станцию. Прождет там Аннушка час, другой — и ко мне.
«Что ж это Миша-то не едет?— спрашивает.— Вот уже сколько вернулось…»
«Да приедет… Теперь-то уж приедет. Не все враз».
А ей не сидится. Побежит к свекровке. А у той и у самой сердце места не находит. Еще пуще расстроится. Опять домой. Достанет письмо. Перечитает его и повеселеет.
А фронтовики все возвращаются.
«Мишу моего не видали?»— спросит она кого. «Едет!»— отвечают ей.
И хоть знает она, что солдаты так, для радости, говорят, верит им.
«Мамынька, пойду я… Может, Миша и верно едет. Может, и приехал»,— как-то уж под вечер сказала она.
«Что ж, иди»,— ответила я.
Принарядилась она. Песню, уж не помню какую, запела. И ленточки в косы вплела. Любил Миша, когда у нее в косах ленточки. И только было пошла, как в избу вбежал Володька, меньшой брат Михаила, мальчоночка лет двенадцати. И тут же у порога и закричал.
«Аннушка, кричит, иди скорей! Мамке худо. Мн-шу-то убили!»
Как сказал он эти слова, так Аннушка и помертвела. Сначала-то вроде и не хотела верить, слабо этак рукой на него помахала, да ведь поверишь, если Володька-то перед ней ровно лист осиновый трясется. Вот тут-то и тронулась она…
На этом Прасковья Авдеевна закончила свой рассказ. Торопливо утерла концом косынки глаза и отвернулась.
Но горькая история с Аннушкой на этом не закончилась. В помраченном бедой сознании ее накрепко засеклось все, что было до той минуты, когда прибежал Володька. Время как бы перестало отмерять для нее свой шаг. Все остановилось на той минуте, когда она собралась встретить Мишу. И что бы она теперь ни делала, чем бы ни занималась, вдруг все бросала и торопилась к развилке дорог — встречать Мишу.
И однажды встретила. К ней подошел с вещевым мешком за спиной, в солдатской шинели, изуродованный огнем человек. Но Аннушка и смотреть на него не захотела.
— Разве Миша у меня такой?— ответила она ему.— Он красивый, а на тебя и глядеть-то страшно…
— Аннушка,— судорожно глотнув воздух, сказал хМи-хаил.— Я ведь это… в танке горел, потому и такой…
Но она и слушать не захотела и, как всегда, заторопилась:
— Пойду встречать… Письмо получила. Пишет: «Скоро приеду». Может, уж и приехал…

* * *

Идут годы. Много новых домов появилось в селе Раздолье. Мужают парни. Растут ребята. Каждый год сельчане играют свадьбы. И редко услышишь рассказы бывалых фронтовиков о войне. Новые дела, новые заботы. И только для Аннушки нет времени. Давно уже истерлось то первое письмо от Михаила, в котором он писал, чтобы встречала его. Но это не беда. Каждую неделю почтальонша тетка Наталья приносит ей письма. Их пишет Михаил. Это он покупает ей обновки, купил туфли… Все знают об этом. И никто уже не пытается разбудить Аннушку. Доктора — и те отступились. Да и ни к чему это. Аннушка счастлива: «Миша едет!»

Из книги: Воронин С.А. “Родительский дом”. Повести и рассказы. М., “Современник”, 1974 г.

Сергей Воронин
(Visited 11 times, 1 visits today)

Прочитайте ещё...

  • Сергей Воронин “В островах” (1974 г.)Сергей Воронин “В островах” (1974 г.) В островах рассказ Острова видны с берега только в ясную погоду. Тогда они кажутся ставшими на якорь военными судами — узкие лолоски с неровными очертаниями поверху. Вблизи неровные […]
  • Сергей Воронин “Скелет в лесу” (1974 г.)Сергей Воронин “Скелет в лесу” (1974 г.) Скелет в лесу рассказ Эту историю мне рассказал попутчик в поезде. Рассказывая, он то и дело повторял: «Мне стало страшно», «С горечью я подумал об этом несчастном охотнике». Говорил он […]
  • Сергей Воронин “Тамань” (1974 г.)Сергей Воронин “Тамань” (1974 г.) Тамань рассказ Это было лет двенадцать назад. В Тамань я приехал с единственной целью посмотреть этот «скверный городишко», где когда-то бывал Лермонтов, походить по тем местам, где […]
  • Сергей Воронин “Убийство” (1974 г.)Сергей Воронин “Убийство” (1974 г.) Убийство рассказ Человек искал черепаху. Бродил от камня к камню по выжженной земле, кое-где прикрытой серыми колючками. От ног его отскакивали серые, как эта выжженная земля, как эти […]
  • Сергей Воронин “Без земли” (1974 г.)Сергей Воронин “Без земли” (1974 г.) Без земли рассказ Семен Чикмарев выскочил из клуба оглушенный и растерянный. Все, что казалось еще до этой минуты невозможным, свершилось. Его соседи, однодеревенцы, которых он знал […]
  • Сергей Воронин “В родных местах” (1974 г.)Сергей Воронин “В родных местах” (1974 г.) В родных местах рассказ Александру Решетову С войны Иван Касимов вернулся контуженным. Удивительно, как еще жив остался. Снаряд от него разорвался до того близко, что автомат, например, […]
  • Сергей Воронин “Дядя Коля” (1974 г.)Сергей Воронин “Дядя Коля” (1974 г.) Дядя Коля рассказ Вот уже две недели дядя Коля живет в лесной сторожке. И за все время хоть бы раз кашлянул. Даже удивительно: после плеврита и ни разу не кашлянуть! Но в этом, наверно, […]
  • Сергей Воронин “Второй цвет” (1974 г.)Сергей Воронин “Второй цвет” (1974 г.) Второй цвет рассказ Все лето шли дожди. Присмирели в лесах птицы. К речке не подойти — всюду топь. Стала желтеть листва. И не поймешь — осень, не осень. Сыро кругом, неуютно, холодно. И […]
  • Сергей Воронин “Среди жизни” (1974 г.)Сергей Воронин “Среди жизни” (1974 г.) Среди жизни рассказ В деревне Вера Николаевна никогда не жила и, до того как приехала в Большево, имела о ней самое общее представление. Знала, что колхозники выращивают хлеб, пасут […]
  • Сергей Воронин “Дом напротив” (1974 г.)Сергей Воронин “Дом напротив” (1974 г.) Дом напротив рассказ 1 Дела у Василия Нежина шли плохо. Это заметили все: и широкоплечий маленький профессор Смагин, прозванный Квадратом, и старшая медицинская сестра Алевтина […]
  • Сергей Воронин “Последний меценат” (повесть) (1974 г.)Сергей Воронин “Последний меценат” (повесть) (1974 г.) Последний меценат повесть — Проходи! Проходи! — Глебушка приветлив. Он рад моему приходу.— Ритуал, где ты?— и из соседней комнаты выбегает длинноногая в самых что ни на есть расклешенных […]
  • Сергей Воронин “Деревянные пятачки” (повесть) (1974 г.)Сергей Воронин “Деревянные пятачки” (повесть) (1974 г.) Деревянные пятачки повесть — Ой, хорошо живу, Мария. Добро! У меня все есть. Корова, пара кабанов, овцы, куры. Веришь ли, еще прошлогодняя свиная тушенка в банках лежит в погребе. Вот […]
  • Сергей Воронин “Ненужная слава” (повесть) – глава 9 (1974 г.)Сергей Воронин “Ненужная слава” (повесть) – глава 9 (1974 г.) 9 Главы повести -  1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10  Домой Малахов вернулся на другой день утром. И не успел раздеться, как из горницы до него донесся не то вздох, не то стон. Он быстро […]
  • Сергей Воронин “Ненужная слава” (повесть) – глава 5 (1974 г.)Сергей Воронин “Ненужная слава” (повесть) – глава 5 (1974 г.) 5 Главы повести -  1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10  Однажды в конце января в колхоз приехал Шершнев. Катюша увидела знакомую «Победу» из окна конторы. Торопливо сунув бумаги в стол (она […]
  • Сергей Воронин “Ненужная слава” (повесть) – глава 2 (1974 г.)Сергей Воронин “Ненужная слава” (повесть) – глава 2 (1974 г.) 2 Главы повести -  1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8, 9, 10  С этого вечера Катюша стала думать о Малахове. Не раз она ругала себя за то, что так сурово с ним обошлась. Особенно тяготила ее […]
  • Т. Элезович (аккордеон) – Моравац (1963 г.)Т. Элезович (аккордеон) – Моравац (1963 г.) СОЛИСТЫ ЮГОСЛАВСКОЙ ЭСТРАДЫ МОРАВАЦ. народный танец Т. Элезович (аккордеон) Долгоиграющая пластинка 1963-го […]
  • Иосиф Кобзон – “МАРИЯ” (1970 г.)Иосиф Кобзон – “МАРИЯ” (1970 г.) ИОСИФ КОБЗОН МАРИЯ (Дж. Григориу - русский текст О. Гаджикасимова) Запись с пластинки 1970-го года. Многие песни, получившие широкую популяр ность в нашей стране, […]
  • Анне Вески “Озорной день” (1983 г.)Анне Вески “Озорной день” (1983 г.) АННЕ ВЕСКИ и "Мюзик-Сейф" ПОЕТ АННЕ ВЕСКИ ОЗОРНОЙ ДЕНЬ (А.Оя - Х. Кяо) Ансамбль "Мюзик-сейф" На эстонском языке Звукорежиссер М. Кярмас. Редактор М. […]
  • Марк Бернес – “Где же ты, друг” (1963 г.)Марк Бернес – “Где же ты, друг” (1963 г.) Марк Бернес ГДЕ ЖЕ ТЫ, ДРУГ (М. Фрадкин - Л. Ошанин) Инструментальный ансамбль. Запись с пластинки 1963 г. Всесоюзная фирма грампластинок […]
  • 1978. Азбука – Т (Тигренок) – о541978. Азбука – Т (Тигренок) – о54 Т. Тигренок АЗБУКА. Художник Г. Храмцова. Советская открытка. Издательство "Изобразительное искусство", 1978. Тираж 300 000. 2124311. Зак. 1726. […]
  • Иосиф Кобзон – “ЭЙ, УХНЕМ” (1970 г.)Иосиф Кобзон – “ЭЙ, УХНЕМ” (1970 г.) ИОСИФ КОБЗОН ЭЙ, УХНЕМ (А. Колкер - К. Рыжов) Запись с пластинки 1970-го года. Многие песни, получившие широкую популяр ность в нашей стране, прозвучали впервые в […]
  • 1977. Ю. Химич – 2. Бахчисарай. Вечер – о1041977. Ю. Химич – 2. Бахчисарай. Вечер – о104 1977 г. Художник Ю.И. Химич. 2. Бахчисарай. Вечер. Советская почтовая открытка Издательство "Изобразительное искусство". 1977 4-358. Тираж 100 000. КПК. . 2286. […]
  • Вадим Мулерман – “БЕЛАЯ ЧЕРЁМУХА” (1979 г.)Вадим Мулерман – “БЕЛАЯ ЧЕРЁМУХА” (1979 г.) ВАДИМ МУЛЕРМАН БЕЛАЯ ЧЕРЕМУХА (В. Добрынин - А. Жигарев) Ансамбль "Ребята с Арбата" Художественный руководитель Вадим Мулерман Известность пришла к Вадиму […]
  • 1957. Георгины – фото И. Шагина – о1201957. Георгины – фото И. Шагина – о120 1957 год. Георгины. Советская почтовая открытка. Фото И. Шагина Издательство "ПРАВДА" Ш 08561. 1957 г. Т. 300 000. Зак. 2315. Ордена Ленина типография газеты […]
  • Н. Кнежевич – Курица (1963 г.)Н. Кнежевич – Курица (1963 г.) СОЛИСТЫ ЮГОСЛАВСКОЙ ЭСТРАДЫ КУРИЦА (Д. Кралич) Нада Кнежевич Долгоиграющая пластинка 1963-го года.